Украинцы готовы мерзнуть в поездах, лишь бы было тихо, — “главный пассажир “Укрзалізниці”

Детские впечатления всегда кажутся радужными. Мы с мамой каждое лето путешествовали на поезде. Я ожидал новой поездки с трепетом.

Стук колес по рельсам, новые знакомые, чай в стаканах с красивыми подстаканниками и кусочки сахара в упаковке… А неудобные полки, влажное белье и неприветливые проводницы сейчас и не вспоминаются. Со временем поезда стали более комфортными. Белье, как правило, сухое. Чай, правда, проводники подают уже не во всех вагонах. Иногда его нужно заваривать самому. Я по-прежнему часто сталкиваюсь с железной дорогой, только уже по долгу службы. В принципе, ездить можно. Но многие поездки в осенне-зимний период хочется забыть, как страшный сон. 

«Мы платим деньги за поездку в поезде, почему должны терпеть неудобства?»

Примерно с середины октября проводники начинают отапливать вагоны с такой интенсивностью, что иной раз ощущаешь себя, будто в сауне. Пот стекает крупными каплями, дышать невозможно, а температура в вагоне все выше и выше. Если едешь ночью, уснуть можно лишь часам к пяти утра. Видимо, к тому времени проводники уже и сами устают отапливать вагоны.

Пробовал возмущаться. Но когда делаешь это один, возмущение редко приносит результат. Остальные пассажиры, как правило, терпят и, даже наоборот, просят не скандалить.



Такая ситуация, конечно же, не во всех поездах. Но случается часто.

«А я все о наболевшем, — пишет в социальной сети пассажир Алена Демченко. — В поезде Перемышль — Киев с польской стороны была температура, пригодная для выживания. Но, лишь на пару часов. В Украине начали активно накручивать градусы. (Мы же богатая, энергонезависимая страна по сравнению с Польшей.) Последние три часа пути было уже невозможно дышать. Кожа пересохла, глаза щиплет. А если учесть, что все время приходится ехать сидя, это прямой путь к инсульту. И это — первый класс. Во втором вообще было пекло».

Бывают и противоположные ситуации, когда в вагоне холод, а в тамбуре — метель.О своей зимней поездке вспоминает пассажир Сергей Тележинский: «Холодно в вагоне — это когда снегом засыпает. Один раз ехал на боковой верхней полке. Накинул на себя пальто. Просыпаюсь через несколько часов, а у меня все ноги до колен в снегу. Хватило даже, чтобы снежок слепить».

*Фото из соцсети

Оказывается, проблемы решаются. Просто нужно знать свои права и отстаивать их. По крайней мере, так считает популярный блогер Александр Рудоманов.

— Слово «блогер» я не люблю. Оно какое-то ругательное, мне кажется, — улыбается Александр. — Но, скорее всего, я и есть блогер.

Александр Рудоманов — журналист издания «Левый берег». Себя он называет «главным пассажиром «Укрзалізниці», который «всегда найдет проблемы». Саша часто ездит на поездах. Досконально знает свои права, и всякий раз ему удается их отстоять. О своих маленьких и больших победах он обычно пишет в Facebook.

— Я хочу показать, что нет ничего невозможного, — признается Александр. — Мы платим деньги за поездку в поезде. Почему же должны терпеть неудобства? Если проводник, или начальник поезда, или кто-либо еще может эти неудобства устранить, значит, он обязан это сделать.

— Давайте поговорим о допустимой температуре в вагонах. Вы писали на своей странице в соцсети о том, что однажды вас из плацкартного вагона, в котором было очень холодно, по вашему требованию перевели в купейный. Причем без всякой доплаты. Неужели такое возможно?

— Да, было такое. Температура в вагоне была +7! Холодина страшная. Я вызываю проводника и говорю, что в зимнее время температура в вагонах должна быть минимум +18 градусов. Проводник лишь руками разводит. Я, будучи уверен, что делаю правое дело, требую, чтобы проблема была устранена. И тут происходит непредвиденное. Остальные пассажиры начинают говорить мне, чтобы я перестал скандалить. То есть они готовы мерзнуть, лишь бы было тихо. Хорошо, говорю я, согласно пункту 8.32 «Правил перевозки пассажиров», меня должны разместить на свободном месте в другом исправном вагоне, даже более высокой категории. И меня отвели в купейный вагон, где я сам выбрал место. Правда, там температура была тоже небольшой — всего +13. Но спорить я больше не стал. И это не единичный случай в моей практике.

— Без особого скандала, и уж тем более без драки, вы отстояли свои права! Есть какой-то универсальный алгоритм, что и в какой последовательности необходимо делать пассажиру, если в вагоне холодно?

— Такой алгоритм существует. Заходя в вагон, я всегда первым делом смотрю на градусник. В плацкартном вагоне он должен находиться возле места № 2, в купейном — где-то посредине. В пункте 3.6 «Государственных санитарных правил и норм гигиены транспорта» сказано: «На пути следования, а также во время подачи поезда на посадку в зимнее время температура воздуха в вагонах всех типов должна быть на уровне +20 градусов (плюс-минус два градуса), в летнее время, где вагоны с кондиционерами, +24 градуса».

Если в вашем вагоне холодно, а в других тепло, пассажир имеет право потребовать перевести его туда, где комфортно. Если проводник не хочет вас никуда переводить, вызывайте начальника поезда с книгой жалоб. Проводники боятся жалоб. Они могут упрашивать пассажира ничего не писать. Тогда пообещайте, что в жалобе укажете, что к проводнику не имеете никаких претензий.

В таких случаях я обычно записываю номер вагона. Он указан на табличке, которая находится при входе в вагон, сверху. Я должен проследить, чтобы неполадки были устранены. Поэтому, когда приезжаю в пункт назначения, сразу звоню на горячую правительственную линию по телефону 15−45 или на горячую линию «Укрзалізниці» 0−800−50−31−11. Важно знать эти номера.

Еще раз подчеркну: если проводник вам попался хороший, действительно топил, но из-за особенностей вагона (например, дует из окон) было холодно, в обращении обязательно укажите, что к проводнику претензий нет.

«Стараюсь не просто сделать замечание, но и проконтролировать реакцию» 

— Бывает, проводник говорит, что зимой в вагоне всегда холодно.

— Замечательно! Через горячую правительственную линию http://ukc.gov.ua указываете в начале обращения: «Санэпидемслужба». Пишете, что температура в таком-то поезде не отвечает санитарно-эпидемиологическим нормам, и просите провести экспертизу.

— А если дует из окна?

— Порядок действий точно такой же, как описано выше. По идее, проводник может попытаться отремонтировать окно. Была такая ситуация недавно. Я вызвал проводника, рассказал ему о своих правах, пообещал написать пару слов в «жалобную книгу», и тот все исправил. Подходит ко мне пассажирка: «Я слышала, как вы добились, чтобы вам окно законопатили. У меня тоже дует. Не могли бы и для меня попросить?» Я отказался, объяснив: вы же слышали, что я говорил проводнику. Теперь попробуйте сделать то же самое и добиться соблюдения своих прав. Женщина обиделась и никуда не пошла. В этом и состоит наша проблема. У нас есть права, но мы забываем, что за них надо иногда бороться.

— Вы несколько раз упомянули о книге жалоб. Неужели запись в ней может на что-то повлиять? Проводники действительно боятся жалоб?

— Боятся. Книгу жалоб читает их руководство, и проводника могут наказать. Я стараюсь, если это возможно, избегать жалоб. Но в крайнем случае, если проводник, что называется, непробиваем, требую «жалобную книгу». Очень помогает.

— Как-то зимой на железнодорожном вокзале в Черновцах мне пришлось находиться в холодном зале ожидания с пяти утра до восьми. Туда-сюда постоянно ходили бомжи. От них пахло, мягко говоря, не очень…

— У меня тоже бывали такие ситуации. Бомжи не должны мешать отдыху пассажиров. Я вызывал полицию, администрацию вокзала. Все сначала разводили руками, мол, не выгонять же людей на мороз. Но я пообещал написать обращение к депутатам, и это подействовало. Бомжей перевели в другое место, вымыли полы. Кстати, и на Киевском вокзале сейчас в зале ожидания почти не встретишь бомжей. Раньше же было — вообще кошмар. Ждешь ночного поезда, а тебе даже присесть некуда — все места заняты плохо пахнущими людьми. Если рядом с ними свободно, то сесть побрезгуешь. Теперь бомжи ночуют на специально отведенном месте в другом помещении.

— А обращение к депутатам вы тогда на самом деле написали?

— Часто делаю это. Помогает. Я стараюсь не просто сделать замечание и забыть о нем, если все недостатки на данный момент устранены, но и проконтролировать, что была какая-то реакция.

— В «Укрзалізниці» вас, наверное, уже хорошо знают?

— Там о моем существовании некоторые слышали. Но это не значит, что узнают в вагонах. Кстати, еще об обращениях к депутатам. На столичном вокзале наконец-то будут указатели, как пройти к остановкам общественного транспорта. Меня всегда удивляло, почему в Европе такая великолепная навигация, а на станции «Киев-пассажирский» все иначе. Хочу поблагодарить незнакомую женщину, которая, выходя из здания вокзала, спросила, как добраться до метро. Я огляделся и понял: указателей действительно нет. Приезжим тяжело сориентироваться, куда идти. Потом я отправил куда следует депутатское обращение от Андрея Ильенко, и дело сдвинулось с мертвой точки. Указатели будут.

— Вас можно назвать экспертом железной дороги. Скажите, у нас же не все так плохо? Что-то меняется в лучшую сторону?

— Ну конечно! Нельзя во всем видеть только негатив. Появились новые комфортные вагоны, новые поезда. Но недостатков еще очень много.

— Огромные зарплаты у руководителей «Укрзалізниці» не контрастируют с этими недостатками?

-Я, кстати, считаю, что у руководителей должны быть большие зарплаты. Другое дело, что происходит самый настоящий саботаж на всех уровнях. Вот с этим нужно бороться. Тогда все и наладится на железной дороге.

— Не могу не спросить вас о пассажирском экспрессе «Киев — Борисполь», который за короткое время поломался несколько раз. Его даже пришлось толкать руками.Вы же были одним из первых пассажиров экспресса.

— Это стыд. Долбаный стыд и желание получить быстрый и дешевый пиар, связанный с запуском. Да, бывают провалы, бывают поломки. Но блин… Зачем было форсировать сроки запуска? Почему не дождаться нового подвижного состава? Много вопросов. То, что хотели запустить с помпой и пиаром, провалилось. Не вышло пиара. Теперь пожинают плоды антипиара. Хотя можно было подождать. Даже если брать выборы — до них еще четыре месяца. За это время подвижной состав можно было довести до ума.

Но я все-таки верю. Верю, что проект будет работать успешно и беспроблемно. Это случится месяца через два, когда доставят новые поезда и появится реакция на проблемные вопросы, которые возникают.

Leave a Comment