Украина готовится к рывку в производстве боевых дронов и беспилотников

Военный конфликт спровоцировал ажиотаж в отечественном роботостроении. Но развитие отрасли могут сорвать экспортные скандалы.

К началу февраля 2017 года Украина смогла закрепить выход в две новые для себя ниши оборонного машиностроения — производство патрульных мини-вертолетов и наземных беспилотников, модели которых были представлены потенциальным зарубежным импортерам на ближневосточной выставке IDEX-2017.

Дебют в абсолютно новых отраслях ОПК презентовался в виде макета и несерийной модели. Это концепт боевого легкомоторного вертолета Combat частного КБ «Вертикаль», который пресса назвала современной доработкой старого украинского проекта патрульного вертолета КТ112 еще 2004 года разработки.

Кроме премьеры вертолетного макета, ориентированного на спрос со стороны структур МВД, на ярмарке в Абу-Даби впервые появился готовый к производству образец украинской роботизированный техники, разработанный непосредственно для армии. Им стала пилотная модель наземного армейского беспилотника «Фантом» от государственного «Спецтехноэкспорта».

Наземный дрон был представлен в виде противотанкового варианта «Фантома», вооруженного хорошо известными мировому рынку украинскими противотанковыми управляемыми ракетами. Прессе было заявлено, что разработчики готовят и несколько других вариантов наземных дронов этого класса с различными видами вооружений.

Зачем армии дроны

Украинский ОПК просто вынужден реагировать на современные вызовы и заполнять вакуум в военных технологиях. Он целенаправленно создавался до 2014 года, когда, например, Казахстан, благодаря участию в международной миротворческой миссии в Афганистане смог наладить производство у себя ракетных последнего на то время технического поколения воздушных роботов ПБЛАК, американских боевых тяжелых дронов Raptor. В то же время, до весны 2016 года в Украине не было ни серийного производства боевых дронов, ни выпуска разведывательных.

Так что даже сугубо макетный ряд украинских новинок IDEX-2017 выглядит почти сенсацией. Наземным беспилотником «Фантом», в частности, прямо на выставке в Абу Даби заинтересовались оружейники того же Казахстана, которые ранее рекомендовали своим властям проводить модернизацию систем ПВО С 300ПМУ без участия ее российских разработчиков. Системы управления, ракеты и антенные посты этого комплекса производятся как в РФ, так и в Украине, которой ныне ничего не мешает распространять на себя «китайские правила» сборки.

В среднем ежегодный прирост мировых продаж дронов в 2015-2019 гг. вряд ли составит ниже 21%, а в Украине он может быть еще выше.

Осенью 2016 года США безвозмездно передали украинской армии для апробирования 72 небоевых разведывательных мини-беспилотника RQ-11B Raven разработки 1999 года от AeroVironment Inc. Презентовавшая легкие воздушные дроны в счет помощи правительства США калифорнийская компания имела большой опыт их производства, продав в целом более 7 тыс. шт. дронов этой модели.

Она реализовала этот флот небоевых дронов на мировом рынке по ценам от $35тыс./ед. за устаревшую базовую модель до $250тыс./ед. за модернизированный современный вариант. По понятным причинам, украинская пресса удивилась нежеланию США подарить флот дронов самой дорогой комплектации. А причина действительно была — активная украинская разработка дронов.

Приоритет внутреннего производства перед импортом был обусловлен просто. Отечественные разработки обладали большей адаптацией к самым современным средствам радиоэлектронной борьбы регулярной российской армии. Украинская армия уже много лет детально знакома с этими системами. Тогда как армия США состояла с ними только в виртуальном контакте, а на практике столкнулась с последними российскими разработками средств РЭБ только год назад, в Сирии.

Своего не хватает

Накануне презентации на IDEX-2017 дронов новой украинской разработки, к статусу государственных испытаний вышел только один отечественный разведывательный воздушный дрон, БПАК «Лелека 1000» киевского государственного «Завода 410ГА». Этот проект ориентирован на внутренние заказы, как и дроны Patriot RV частной компании «Айтек» и беспилотник «Фурия» одесского НПП «Атлон Авиа».

По оценке прессы, дрон «Фурия» стоит 2,5 млн грн., что намного ниже цены сопоставимых по характеристикам и закупленных украинской армией еще в 2008 году израильских разведывательных дронов Bird Eye по цене около $1,5 млн/ед.

В сегменте боевых дронов, на рынке внутреннего оборонзаказа закрепился тактический аэродромный боевой беспилотник «Горлица» производства завода «Антонов», который вышел на стадию проектных испытаний, и полевой боевой дрон Anser госкомпании «Спецтехноэкспорт».

Но армия начала получать только разведывательные БПАК МП-1 модели Spectator, которые производит киевский завод «Меридиан» государственного концерна «Укроборонпром». Завод гарантировал наличие мощности по производству 100 ед./год. Армия же нуждается минимум в 400 ед/год. Пока дефицит пополняется иностранцами и волонтерами, а также 40 выпущенными в прошлом году и 20 уже поставленными на фронт дронами «Фурия».

Выросшие в 2016 году запросы армии на авиационную робототехнику определяются устоявшимся на восточных границах страны форматом боевых действий, которые имеют характер артиллерийско-позиционной войны и рейдовых операций низкой интенсивности. При переходе к более активному формату войны Украине потребуется намного больше тяжелых вооружений, в первую очередь, новых и незнакомых агрессору тактических и оперативно-тактических вооружений, испытания которых только начались в прошлом году.

До перехода на стадию серийного производства понадобится еще немало времени. А пока, для сдерживания агрессора в формате артиллерийских дуэлей, армии критически необходим большой флот роботизированной авиаразведки и особенно флот тяжелых боевых дронов-истребителей, способных уничтожать танки и артиллерию противника. По пессимистическим прогнозам, до тех пор, пока не будет выпушена первая серия антоновской «Горлицы», вооружение украинской армии в этом сегменте будет зависеть от по программ помощи стран-союзников.

Кто срывает торговлю

Для того, чтобы изменить ситуацию с вооружением армии новыми разведывательными и боевыми дронами к лучшему, в Украине реализуют ряд проектов со странами партнерами, подробности которых пока не разглашаются.

Чтобы сорвать внешнюю кооперацию, военный противник будет безусловно применять все характерные ему методы подрыва доверия к Украине. Например, накануне IDEX-2017, 23 февраля, в прессе появилась оценка выручки нашей страны от экспорта оружия в 2016 году. Якобы, экспорт оружия из Украины в Швецию вырос на 75% и составил $169 млн при общем росте экспорта в 52,86% по сравнению с 2015 годом, с $347 млн до $528 млн.

Эти данные вызвали сомнения у экспертов. Годовой прирост был меньше, а сумма экспорта больше. А поставок в РФ вообще не наблюдалось.

Представители «Укроборонпрома» заявили прессе, что компания заключила в 2016 году экспортных контрактов на сумму $750 млн., что дало прирост 25% от уровня 2015 года.

Ошибка в интерпретации экспортных данных могла заметно повлиять на доверие союзников. По оценке одного из шведских общественных институтов, SIPRI, РФ в прошлом году смогла опередить КНР в рейтинге ведущих импортеров украинской спецтехники и вооружений. То есть, якобы Россия закупила у Украины технику, вопреки украинским и международным санкциям.

Сколько союзники поставят Украине новых БПЛАК, чтобы обновить старый подарок с RQ-11B Raven, если узнают, что они соблюдают санкции, а Украина нет? Нисколько.

Поэтому, «Укроборонпром» сразу же опроверг неточности. Было заявлено, что методика оценки шведской организации исходила из поставок по контрактам, реализованным до 2014 года. И фиксировала она не факт регистрации контрактных обязательств, и даже не таможенную статистику, а самые трудно доказуемые факты — оприходование украинских товаров складами российской армии. А склад компании-импортера и военной части — это большая разница. Сколько лет импортированная техника будет ехать от одного склада до другого, это проблема сугубо страны покупателя.

Впоследствии, со «складской» статистикой «стокгольмского варианта» украинского экспорта от 23 февраля согласились даже государственные учреждения российской пропаганды. Вполне возможно, что статистика оприходования на складах старых поставок из Украины искажалась с умыслом. Чтобы потом отчитаться о том, что украинские власти смягчили санкции против РФ.

Аналогичная ситуация со «стокгольмским вариантом» оценки суммы и направлений украинского экспорта наблюдалась в позапрошлом году. Тогда пресса заподозрила Украину в продаже РФ транспортного корабля «Григорий Агафонов», который участвует как российский корабль «Казань-60» в войне в Сирии.

Напомним, против этой страны действуют санкции США и ЕС. Чтобы притянуть за уши к этим санкциям Украину, утверждалось, будто государственное «Украинское Дунайское Пароходство» продало судно через монгольскую компанию-прокладку Минобороны РФ. Как позже удалось выяснить, речь шла всего лишь о льготном морском регистре сухопутной Монголии.

Она, благодаря налоговым скидкам, «содержит» целый океанский флот. Сделка по продаже судна компанией УДП, опять-таки, пришлась на 2014 год. Она предполагала продажу судна на металлолом турецкому покупателю, который только ему известными методами уговорил российских посредников купить старый изношенный корабль.

Пока что украинским экспортерам оружия, как и в 2015 году, удалось своевременно уточнить данные экспорта, и обезопасить страну от вариантов, когда она нарушает свои же санкции в отношении РФ. Словом, и без российского рынка, украинский экспорт принес 25%-ный рост. Стратегия роста валютной выручки ориентирована на две задачи. Во-первых, Украине нужно где-то зарабатывать деньги для продолжения конструкторских разработок, и одновременного выхода на несколько новых товарных ниш, в частности, наземных дронов и БПЛА.

Во-вторых, Украина давно стала конкурентом РФ на мировом рынке вооружений — наши экспортеры пошли по тому же пути, который ранее преодолела КНР, ныне успешно вытеснившая российских поставщиков с целого ряда внешних рынков.

Иван Петров

Leave a Comment